Меню сайта
Категории каталога
В мире животных [14]
В один присест [6]
Война и мир [52]
Городок [33]
Иудыч [32]
Кролики [11]
Ломка [6]
Маседуан [14]
Мораль [10]
Нецелевые программы [11]
Ни кола, нидвора [10]
О, женщины [16]
Свищ [5]
Сперматазоиды [0]
Я в Украине был [10]
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
  


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Четверг, 06.10.2022, 16:35 ГлавнаяРегистрацияВход
Сайт выпускников 4 роты ВДВ КВВИКОЛКУ
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Статьи » Изба-читальня Петра Мирецкого » Маседуан

О СТАРЫХ И МОЛОДЫХ ЖЕНЩИНАХ

О СТАРЫХ И МОЛОДЫХ ЖЕНЩИНАХ

"Всё в женщине - загадка, и на всё это есть одна разгадка; беременностью зовётся она… Мужчина для женщины - средство; цель же всегда - ребёнок… Счастье мужчины зовётся "Я хочу!" Счастье женщины - "Он хочет"… Так говорил Заратустра". А старушка, с которой он говорил, так ему сказала: "Идёшь к женщинам? Не забудь плётку!"

 

Подарите женщине мужчину, ублажив первопричину! Чтобы как Адам иль Ной… сам весь из себя и ей одной! Но где его взять, такого? Сейчас таких не делают. У нас такой один. На весь дом один. Пережиток социализма. Он для неё всё, а она из него верёвки вьёт и тут же на его собственную шею наматывает. И затягивает потуже, чтобы не соскочил.

"Гош-ша… это не так… Гош-ша… это вот так… Гош-ша… Гош-ша… Опять ты, Гош-ша…" Гена его зовут. Толковый парень. И зарабатывает неплохо. И ребёнку, совместно нажитому в медовый месяц, всё своё свободное время отдаёт с любовью и отцовской заботой…

Учёный, интеллигентный, в пиджаке… и в галстуке. Не прелюбодействует, не пьёт… не курит… От отца и матери отлепился, как в Библии сказано, и прилепился к жене своей. И плотью и душой всей прилепился. А умище куда девать? Не по уму она ему. Нет, нет, не дура! Глубоко не дура… на всём готовом…

Гена хорошо подготовился к семейной жизни. Ещё до свадьбы. Литературу специальную почитал, жилище по современным европейским стандартам благоустроил для совместного проживания на ранее занимаемой в одиночку площади. Потом, после свадьбы, напичкал всё это электробытовыми приборами и кухонными комбайнами последнего писка с целью облегчить тяжкий женский труд. Женщину на хозяйстве оставил с ребёнком законнорожденным и с дипломом о высшем образовании и почувствовал себя хорошо. Главой семейства почувствовал.

Долго ли коротко он это чувствовал, но как-то однажды чувствует: что-то не так. Сначала желудком почувствовал. Аппетит пропал. Он даже как-то чувственно выразился… с возмущением: "Да кто такое есть будет?!" Потом и до мозгов дошло, минуя сердце. Умище-то девать некуда, а сердцу не прикажешь. Задумался Гена… на свою голову… и предложил суженной (он её сам себе ссудил, как мы знаем) диплом от пыли протереть и в люди выйти. Но она уже ни в какую. Прижилась она уже. "Гош-ш-ша…"

Смирился он. Интеллигентный, смиренный, в пиджаке и в галстуке (как мы помним)… Сам убираться по субботам начал. И продукты подкупать, которые не куплены… и посуду мыть, которая не мыта… короче, по хозяйству.

"А чего, собственно думать, - додумался как-то сам себе Гена. - Я сам себе избрал свой крест и сам его нести должен". И несёт… Крестоносец!!! Как там Заратустра говорил? Мужчина - средство, ребёнок - цель. И это в случае с Геной оправданно. А вот другой случай.

Соседка Лида с шестого подъезда (в девичестве Поцелуйкина) пребывала в законном браке, выйдя замуж за состоятельного мужчину не для того, чтобы ребёнка рожать, а для наживы… с целью выжить.

Старшие подружки её детства (не все) сделали неплохую карьеру на этом поприще и живут, припиваючи всякие заморские вина на золотых берегах и живописных курортах, разумно эксплуатируя прелести своего женского организма.

У Лиды в этом, не таком уж и простом, как кажется на первый взгляд, деле опыта было мало, да и, если по честному, не было вообще. Одноклассник Боб, однажды сунулся после дискотеки, но что-то там у него сорвалось и кроме чего-то мокрого и скользкого Лида ничего не почувствовала, хотя перед этим он её долго умолял почувствовать себя женщиной…

Получив аттестат зрелости, Лида решила выйти замуж за первого встреченного бизнесмена. А тут и случай подвернулся. Прямо из-за угла и на велосипеде. Под неё подвернулся и навернулся. Состоятельный дед на дорогостоящем велосипеде. Извиняться начал, шутки шутить и в ресторан ужинать пригласил с целью компенсации морального ущерба за несанкционированный наезд. Лида пошла и вышла. Замуж за него вышла. На следующий день. И всё у неё получилось.

Роскошь новой планировки трёхкомнатной и двухкомнатной хрущёвок, объединённых воедино, радовала и наполняла… Картины на стенах типа девочка в подлиннике и с персиком, видео-аудио аппаратура типа девочка в колготках и с саксофоном…

Секса не было. Хрупкая изящная Лида томилась, путаясь в изысках фешенебельной альковы и вожделела. Рюши, банты, оборочки и другие причиндалы пастельных тонов, выполненные из сверхлегких постельных тканей последнего писка светской тусовки полного удовлетворения не приносили. А единственно законный супруг где-то носился по аллеям сквера на дорогостоящем велосипеде, восстанавливая здоровье, пошатнувшееся при первом исполнении супружеского долга.

По всем канонам месячного цикла давно уже было пора рассчитаться и по следующим долгам, но дражайший, иссякнув на первом, до сих пор восстанавливался. Да и не мудрено. При его могучем мужском организме, пережившем шесть женских, связанных с ним до этого брачными узами, на излёте восьмого десятка полностью отдаться седьмой, юной семнадцатилетней Лиде - подвиг. Не каждому дано. Любой бы из его сверстников сразу же попал в долговую супружескую яму и не высовывался до скончания… а дражайший ещё и на велосипеде ездит…

Дражайший бескорыстно растрачивался на протяжении многих десятилетий, отпущенных ему Богом. Он посвятил себя… и отдавался любимому делу пылко и страстно. Пережив всех предыдущих жён и приумножив личное благосостояние, он случайно наехал на Лиду, загорелся, потух… и беспечно шёл к финишу.

Сделав пару упражнений на восстановление дыхания и расслабление мышц, он поспешил к своей спящей красавице с искренним намерением вернуть часть долга. Но следующий наезд оказался последним.

Обмозговывая все детали предстоящего мероприятия, дражайший потерял бдительность и на самом подъезде к месту предвкушаемых событий столкнулся с дранной кошкой, выскочившей на бешеной скорости из-за того же угла и вскочившей в переднее колесо дорогостоящего велосипеда. Столкновение стало роковым и, если можно так выразиться, летальным. Кошка отлетела в кусты, отделавшись лёгким испугом и осуждающим "Мяу!" а дражайший скончался на месте. И не мучался даже. И угрызения совести от неисполненного долга кончились вместе с ним…

Прибывшие в огромных количествах на поминки ближние и дальние не оставили Лиде никакого шанса на золотые берега. Даже одежды, купленные благоверным, отобрали и пустили по миру в том, в чём и пришла, поправ прожекты "юной леди" на безбедную жизнь… Бедует сейчас Лида с одноклассником Бобом из шестого подъезда и счастлива. И Боб счастлив. Примет на грудь, рассчастливится и потчует её… кнутом. И пряником… изредка.

А есть и такие самодостаточные женщины, которые пользуют мужчин только лишь для отдохновения, типа расслабиться. Не есть как есть, а часть. Переднюю мужскую часть, тщательно избирая, чтобы частица не попалась. В остальном - им самих себя достаточно. И зарабатывают достаточно, и самосовершенствуются…

Тем, которые самосовершенствуются, вообще мужчина не нужен. Вот только деторождаемость… но это уже демографов проблема. Да и вообще. Все они… вредные старухи в недалёком будущем. За малым исключением тех, кто по взаимной любви один раз в жизни… И ребёноков по любви, и жизнь их вся в любви, и старость. Но таких сейчас не делают. Так говорю я, Маседуан Петрович. А ты что скажешь?

ОБ УКУСЕ ЗМЕИ

Уснул Заратустра под смоковницей. Подползла к нему змея и ужалила в шею. Заратустра проснулся от боли и поблагодарил гадюку: "… Ты вовремя разбудила меня, ещё долог мой путь". "Твой путь уже не долог, - печально отвечала гадюка, - мой яд убивает". Заратустра улыбнулся: "…Возьми же яд свой обратно! Ты не так богата, чтобы дарить его мне". Тогда гадюка обвилась вокруг его шеи и облизала рану ему. "…мораль притчи моей безнравственна. А именно: если есть у вас враг, не воздействуйте ему за зло добром… убедите его, что он сделал вам добро… Так говорил Заратустра".

 

"Меня тревожит встреч напрасность, что и не сердцу, не уму, и та не праздничность, а праздность, в моём гостящая дому", - это уже не Заратустра, это Евтушенко.

И во дворе и при дворе… На светских раутах притворных… И в январе и в декабре… И в промежутке "плодотворном" давно устали от деяний и благостных преуспеяний. Митинг, шествие, пикет… и стандартный трафарет: "Дела улучшаются!" Хуже и хуже…

Женщина в белом танцует за ужин. В сводках милиции ясный прогноз: оттепель, слякоть… и снова мороз. Как не крути - во всём ядовитость. "Возьми же яд свой", Безликая Сытость!

Перевёртыш Венитаминович Зузуля у нас в седьмом подъезде жил на верхнем этаже. Как родился, так и жил. И от такого высокого проживания нажил он себе синдром верхотуры. Ниже всех или кого бы-то ни было уже никак не мог.

Председатель совета дружины, секретарь комитета Комсомола, первый секретарь, генеральный… До генерального секретаря не выслужился. К тому времени секретарей отменили и директорами заменили. Выбрался он генеральным директором и стал в президенты метить. А коли наметил - стал… Президентом ассоциации мелких корпораций и перестал в нашем доме жить. На морях-океанах жить стал. На Азовском и Каспийском жил… Жил на Тихом… На Индийском жил. Но после цунами чего-то испугался и к нам вернулся. "Воздухом подышать!" - так он выразился, когда вернулся, и дышит до сих пор… У нас как-то спокойней. И воздух чище. В зоне живём. В отторгнутой от свободного предпринимательства зоне. Безо всяких рисков и треволнений. А чего волноваться? От цунами или ещё какого катаклизма не откупишься… как и от собственной совести. Жадное жало наживы нам разжижает мозги. Тем, кто живёт и кто живы… В свете живёт и в "…ни зги". Меченные мы. Нам, выходцам из социалистического прошлого,  всем поголовно оспу прививали в раннем детстве. Оспой социализма мечены. В хорошую жизнь метили… и вляпались в нехорошую.

Ты о навозном жуке слыхал? В дерьме живёт, дерьмом же и питается. Унавозили его травоядные кобылы, коровы и прочие парнокопытные лоси. Он другой жизни не знает и даже не помышляет о таковой. И никто ему не подскажет, как из этого дерьма выбраться и свеженького покушать.

Так же и нас, оспой привитых, в дерьме держали до поры до времени пока не нашёлся дядюшка типа Сэм, который в нашу систему проник, принюхался и непристойно выразился: "Фу, какое дерьмо!" Те, кто рядом прислушались, услыхали и спросили: "А как по-другому?" Дядюшка им разъяснил со своей колокольни. Понравилось им, и ни у кого не спросясь, и ни с кем не поделившись, стали они клевать и склёвывать, рассуждая о здоровой пище… Раздобрели и вошли во вкус… Быть богатым среди нищих это тоже вид искусств.

А те видят, что эти что-то не то кушают, и самим хочется свой рацион сменить. Тянут из себя последние жилы и лезут сами из себя. Рациональное зерно в навозе ищут. Но не дано им. Разве на всех напасёшься? Ведь и навоз кто-то кушать должен. А его куда больше, чем зерна…

Все мы дети живой природы. И жуки, и змеи, и человеки… Но жуки в человечьем обличии, на харч иной перешедшие, пострашней укуса змей. От змей противоядие есть, а от жесткокрылых людоедов - нет. Так говорю я, Маседуан Петрович. А ты что скажешь?

О РЕБЁНКЕ И БРАКЕ

"Ты молод и мечтаешь о ребёнке и браке. Но ответь мне: таков ли уже ты, чтобы иметь право желать ребёнка?.. Достойным виделся мне человек, созревшим для смысла земли: но когда увидел я жену его, мир показался мне домом умалишённых… Так говорил Заратустра".

Она дитя своё рожала под скамейкой у вокзала… Это потом уже в наш дом он её привёл с дитём. С новорожденным. А куда их? Не берут никуда… Он взял. Взял и привёл. Жена на него… а он ей: "Куда их?" Жена не знает куда, но орёт… Весь подъезд слушать сбежался: "Что это она там орёт?" Орёт и орёт, орёт и орёт… Охрипла даже. Ещё чего-то проорала с матом и с хрипотцой, а потом как-то неуклюже затихла и с остервенением прохрипела финальную фразу: "…ну и живи с ними!" Собрала вещи и ушла к маме. Насовсем ушла. А он остался. И она с дитём.

"Тебя как зовут?" спросил он. "Алёна", - тихо прошептала она и посмотрела на него затравленным взглядом, прижимая к груди свёрточек из-под скамейки. Растолкав каким-то уж больно взрослым взглядом любопытствующих соседей, он широко распахнул железную дверь своей благоустроенной квартиры и твёрдым решительным голосом сказал как отрезал: "Проходи, Алёна". И она прошла…

Он её не спрашивал, она не говорила… Он ей: "Алёна…" она ему: "Сан Саныч…" Он ей так представился, она и звала так, хотя разница в возрасте у них… Никакой разницы. Одногодки… по внешнему виду. Он не спрашивал, она не говорила… Он заботился о ней. И о ребёнке заботился. А она с ребёнком - о нём. Он работал, она по хозяйству. На жизнь хватало, наверное. Он не спрашивал, она не жаловалась. Пацан подрос. Ребёнок пацаном оказался. Сан Саныча папой звал, а он его Владка. А когда Владом стал звать, Власа родилась. Влад её сестрёнкой звал. Алёна и Сан Саныч - Ласочка. Когда Ласочка в школу пошла Прошка родился. Власа уроки сделает и Прошку выхаживает. Владу некогда, он в суворовском училище уроки учит, Сан Саныч работает, а Алёна по хозяйству…

Хочешь знать что дальше? Не знаю. Но не ошибусь, если скажу что всё хорошо у них будет. Сан Саныч со своей законной женой, которая к маме ушла и не вернулась (они до сих пор не в разводе), пять лет прожил, а так не было. И детей не было. Она не хотела. Давай для себя поживём, говорит. А Сан Саныч, наверное сразу таким уродился, "созревшим для смысла земли"…

О материнских чувствах достойно везде говорят и пишут. А вот об отцовских… "Хороший отец. Зарабатывает хорошо. Покупает… играет… в дом носит" ну и "Не пьёт, не курит, по бабам не шастает…" И ещё более одобрительней: "Отец держал их в ежовых рукавицах"… Много ли они в отцовстве понимают? А если понимают (отцы и сами о себе), то не признаются. Так говорю я, Маседуан Петрович. А ты что скажешь?

О СВОБОДНОЙ СМЕРТИ

"Многие умирают слишком поздно, а иные слишком рано. Пока ещё странным покажется учение: "Умри вовремя!" Умри вовремя: так учит Заратустра".

 

Всему своё время. В кои вехи или веки, старший и младший Сенеки мудрость свою расточали… а пышногрудые крали аморальной морали жили в идеале. Ума палата… и полати. Кому блины, кому оладьи… 

"Статистика показывает, что на каждого мужчину свыше 85 лет приходится по 7 женщин. Но, увы, это уже слишком поздно!"

Жил тут у нас один еврейчик. На вопрос соседей: "Как здоровье, Саломоныч?" - с завидным постоянством отвечал: "Не дождётесь!" Соседи-то не особо "…иглы тайные сурово язвили славное чело".

Неуязвимый Саломоныч относился ко всему этому с вселенским спокойствием, но один уж очень язвительный молодой человек его всё-таки довёл до цугундера. Открытым стократно озвученным текстом довёл: "Ещё не помер, Са-ало-моныч?" Саломоныч, по паспорту Давид Соломонович Азохунвейс, смиренно отвечал: "Вашими молитвами, молодой человек".

Вот тут-то просечка и вышла. Ты человеку сто раз свинья скажи, на сто первый он хрюкнет. Молодой человек поинтересовался сто раз, на сто первый Саломоныч Богу душу отдал. Бог взял. "Умри вовремя!" И он умер. А вскоре друзья молодого человека заявились, скинхеды. Погром пришли делать, согласно ранее намеченному плану. "Где Саломоныч?" Нет Саломоныча. А зачем ему лишний погром? Он за свою жизнь достаточно пережил, весь лимит выбрал…

Жизнь даётся один раз, как сказал пока ещё небезызвестный Островский. Верно сказал. И её жить надо до поры до времени и беречь. Время придёт и тот, кто дал, отберёт. А больше никому и не дано жизнь отбирать. Статистика результатов насилия государственного и теневого криминала, несовместимая с жизнедеятельностью человеческого организма, и сводки с фронтов терроризма не есть факт безвременной кончины. Это всего лишь трагический аргумент человеческого безумия с летальным исходом.

Жизнь и смерть не в нашей человеческой власти. Если брать в расчёт отдельно взятого Ивана Кузьмича или Моисея Львовича, то конечно… а если во вселенских масштабах, то никто данную нам жизнь пока не отбирает, до поры до времени. Живите люди! Но люди не хотят и, возомнив себя, безмозгло отбирают. И сами погибают… Но это уже внутричеловеческие проблемы. В великих семьях народов, увы, не без уродов. А жизнь и смерть даются один раз… и ими надо уметь грамотно пользоваться. И тот, кому надо, тот умеет.

Кому не удаётся жизнь, тот смерти алчет. Впитав  в себя весь пессимизм, пучит, глючит и судачит: "Плетут интриги и верёвки сучильщики экономических побед! Министры - воры и воровки. И жизнь не жизнь, а прецедент!"

Кто поздно юн, тот не на дюйм не отойдёт от совершенства. Кто мот - скареден тот. И вьюн. И в смерти лишь его блаженство…Так говорю я, Маседуан Петрович. А ты что скажешь?

Категория: Маседуан | Добавил: Мирецкий (16.01.2009)
Просмотров: 436 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Бесплатный конструктор сайтов - uCoz Copyright MyCorp © 2022