Меню сайта
Категории каталога
В мире животных [14]
В один присест [6]
Война и мир [52]
Городок [33]
Иудыч [32]
Кролики [11]
Ломка [6]
Маседуан [14]
Мораль [10]
Нецелевые программы [11]
Ни кола, нидвора [10]
О, женщины [16]
Свищ [5]
Сперматазоиды [0]
Я в Украине был [10]
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
  


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Вторник, 12.12.2017, 11:21 ГлавнаяРегистрацияВход
Сайт выпускников 4 роты ВДВ КВВИКОЛКУ
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Статьи » Изба-читальня Петра Мирецкого » Иудыч

ИЛЛЮЗИЯ

ИЛЛЮЗИЯ

Каждому человеку нужны психи,

потому что он сам является психом.

Психам нужны другие сумасшедшие,

потому что только сумасшедшие

могут поддерживать ваши иллюзии.

Вы поддерживаете их иллюзии,

а они поддерживают ваши.

О. Раджниш

         Нельзя сказать, что Ванька всё своё детство провёл за чужими заборами садов и огородов или на очке школьного туалета. Эти эпизоды жизни были второстепенными и особой роли в становлении личности младшего Дворецкого не играли. Первая основополагающая роль была получена им на конкурсной основе ещё в третьем классе в драмкружке при школьной библиотеке, который вела энтузиастка своего дела библиотекарша Драматургия Станиславовна.

Полученная роль оказалась главной и положительной. И Ванька расстарался. Он глубоко раскрыл светлый образ пионера-тимуровца на сцене школьного актового зала силой своего врождённого таланта и воображения: "Здравствуй, бабка, Здравствуй, дед! Я сварил для вас обед…" Престарелые герои пьесы (из десятого класса) не могли нарадоваться на свою единственную в немощной старости защиту и опору, умильно пуская слезу: "Ай, да умница Козёл! И дрова нам наколол…" Но злые силы, которые и до сей поры "нас злобно гнетут", оставили от главного героя того времени лишь "рожки да ножки". Съели Козла. Были и ещё глубокие по значимости роли. Но в связи с "безвременной кончиной" Драматургии Станиславовны театр распался, осиротив культуру средней школы, в которой Ванька образовывался.

         Вот как раз в этот момент зияющей пустоты, в смысле духовности, и появился дядя, отпочковав на генеалогическом древе Ваньки ещё один сучок. Тётка замуж вышла. Та, что по матери. Родная, единственная и самая любимая. Дядька оказался маленьким и плюгавеньким (по сравнению с объёмами тётки), но пошёл в корень, родившись в Сибири. Коренной сибиряк.

Пожил он там в своей Сибири, замёрз и переехал на Юг, косточки погреть, где и был востребован. Несмотря на мелкие параметры бледного тела, гонору в нём было, хоть отбавляй. Не запал он в душу приобретённого вместе с тёткой племянника, несмотря на то, что очень старался.

Полгода спустя, после замужества, привезла тётка в очередной раз своё девичье счастье для установления семейного контакта по случаю какой-то советской годовщины со дня рождения то ли Маркса, то ли Энгельса, то ли Арины Родионовны. Выпили они в семейном кругу за близких, дальних… и всю власть Советов. Мать, Соня и тётка Мария винца чуть-чуть, а отец с дядей Колей - всё, что было… и у соседей.

В "девятку" играть начали (карточная игра такая семейная под деньги). Потом женщины ушли, поболтать о чем-то, о своём, о девичьем, а отец с дядей Колей в "очко" играть стали. Долго ли коротко, но проиграл отец всё… и дом на кон поставил вместе с Ванькиным палисадником. И тоже проиграл. Дядя Коля в него ехидными соловыми глазами упёрся, мол, кранты. А отец не сдаётся. Мать на кон поставил, и пописать ушёл. Вот тут Ванька и не выдержал: "Давай я за отца!" "Описался твой папенька, а ты не боишься?" - равнодушно поинтересовался дядя Коля и раздал.

Долго ли, коротко, но отыграл Ванька всё фамильное имущество и дяди Колины штаны выиграл, "на раздевание". И трусы последние выиграл бы, но сёстры, вероломно вмешавшиеся в тайный ход карты, разложили всех по местам, а утром дядька без штанов так и уехал в словленном у соседа-тёзки такси, не поддавшись на уговоры окружающих. "Проиграл я их племяшу". После этого случая Ванька дядьку зауважал. Мужик! Из дядькиных брюк ему мужские штаны сшили… в ателье!

Вот этот дядя Коля первый фокус Ваньке и показал. Перетасовав в очередной приезд колоду, и спрятав её в карман купленных по случаю брюк, он завёл баланду: "В колоде есть две масти: красная и чёрная. Какую выбираешь? - Ванька выбрал красную. - Красное красному рознь. А тебе что больше нравится, черва или бубна? - Ванька выбрал бубну. - В бубне тоже свои картинки, а кроме картинок - цифры. - Ванька выбрал картинки. - Картинки тоже не все одинаковые. Давай пополам. - Ванька выбрал туза и даму. - Короля и валета мне оставил? Хорошо. А кто тебе из них более симпатичен? - Ванька выбрал короля. - Каким его по счёту из кармана достать, короля бубнового?" - и достал.

Ванька долго просил дядьку секрет открыть, но тот ни в какую. Марку держал. После тщетных попыток Ванька призадумался. И додумался. Увлекло. В детском журнале "Юный техник" знаменитый иллюзионист-манипулятор Арутюн Акопян свои секреты издательству продавал на последней странице и Ванька улучшался.

Подвернувшийся "на минутку", двоюродный брат Сони, дядя Сеня, с которым родители дружили семьями, когда отец при деньгах был на "ЗАГОТЗЕРНО", а потом как-то разбежались, оказался фокусником-любителем художественных самодеятельных коллективов некоторых промышленных предприятий, на которых он подвизался с переменным успехом. Но поскольку профессия фотограф его основная профессия, фиксирующая семейные события эпохальной значимости (типа новобрачные на тарелочке) и дающая масло на заработанный в промышленности хлеб, дядя Сеня от иллюзионизма отошёл и передал Ваньке азы иллюзии, манипуляции и аппаратуру, сделанную своими руками и на заказ. Ванька укрупнялся.

Достигнув успеха на иллюзорном поприще среди сверстников, родственников и знакомых, он решил расширить зрительскую аудиторию и предложил себя администрации народного цирка при Доме Культуры им. 40-летия Октября. Ему не отказали, но и не взяли "на фокусника", мотивируя: "Мы не можем каждому первому, пришедшему с улицы, профессиональные секреты выдавать. Походи пока в кружок цирковой акробатики при Доме Культуры им. 30-летия Октября, а там посмотрим". И Ванька согласился.

Воробей отказался. Сломленный духом в попытках обрести себя в большом спорте (чем они только не занимались за свою короткую жизнь), Воробей заартачился: "Мы с тобой полгода плавали в ДЮСШ? Плавали. В волейбол целый месяц играли на "Динамо", баскетбольный мячик гоняли на уроках рисования в спортивной школьной секции, - методично загибал он пальцы, - даже "на гимнастику" целую неделю ходили при "Спартаке". На велосипедах с погнутым рулём ездили. На коньках фигурировали… А толку? - пальцы сложились в неправильный кулак. - Лучше я в кружок авиамодельный пойду при Доме Пионеров. Там набор объявили, и воск пчелиный можно раздобыть. У него вкус медовый". Ванька возражать не стал, но последнее слово оставил за собой: "Я в твоём Доме Пионеров на баяне играл в раннем детстве", - ни с того ни с сего заключил он и уговорил "на акробатику" лепшего (лучшего) друга по школьной парте Валерчика.

Валерчик жил на Большой Морской с матерью, отчимом и маленькой сестричкой от второго маминого брака. Воспитывался в основном по хозяйству и в строгости, не обращая внимания на низкую успеваемость, за которую мать часто вызывали в школу, а отчим строго взыскивал ремнём. Морским ремнём. Отчим был мотористом речного пароходства и бороздил всю навигацию. Сойдя вразвалочку на берег, и не вдаваясь в подробности, он опрометчиво проводил разбор, игнорируя пролетарского педагога Макаренко вместе с его методикой воспитания: "Детей бить нельзя".

Сочувствовавший избитому другу Ванька старался повысить показатели Валеркиной успеваемости всеми доступными и недоступными методами. Занимаясь приписками (в классных журналах и дневнике) и переписью домашних и контрольных заданий силами соболезнующих отличниц, он достигал неплохих результатов. Ради друга. Сам для себя Ванька ни у кого и никогда не списывал, да и Валерчик честным был и ленился лишний раз попросить: "Дай скатать", - поэтому Ванька и мобилизовал отличниц, которые искренне предлагали свои каллиграфические домашние и контрольные работы на тогда ещё ручное ксерокопирование.

Повышение успеваемости Валерчика было Ваньке не в тягость, а его мамаше с отчимом - в радость. Не важна методика, важен результат. В семье моремана Ванька был своим и авторитетом. Поэтому его предложение родители Валерчика встретили с воодушевлением и педагогическим намерением оградить ребят от тлетворного влияния улицы, а самим Валерчиком безучастно: "Какая разница куда, лишь бы не сидеть с этой маленькой плаксой!"

Тренировки в секции цирковой акробатики проводились дочерью руководителей коллектива народного цирка Михаила Бенционовича и Татьяны Кузьминичны Крихелли, заслуженных артистов, ушедших по возрасту на заслуженный отдых и посвятивших себя делу воспитания подрастающего поколения в поле деятельности искусства смелых.

Дочь, Галина Михайловна, тоже была артисткой цирка, воздушной гимнасткой, но, получив производственную травму, ушла на тренерскую работу. Муж её, жонглёр, служил в Армии, отбывая воинскую повинность и подкидывая шарики в художественной дивизионной самодеятельности.

Ваньку не покидали иллюзии насчёт присовокупления к таинственной касте фокусников, магов и чародеев, но его прорвало с другой стороны. То ли перед молодой и красивой Галиной выпендривался, то ли врождённое шутовство… И не просто кривлянье, а как-то всё в меру и к месту. Под клоуна косил. И самое главное - ему это нравилось и получалось.

Галина ухахатывалась на тренировках вместе со всем коллективом самодеятельных акробатов, а дома - только и разговоров о Дворецком. Заинтересовался сам Крихелли. Приехал посмотреть. А Ваньке невдомёк на предмет чего, тем более объявили контрольно-проверочные занятия по пройденному материалу. Валерчик результаты показал. Прыжки, кульбиты вперёд-назад, сальто-мортале… а Ванька не очень, хоть и старался.

"Ничего из него не получится", - вынес приговор мэтр и покинул тренировочный зал. Галина тихонько присела на гимнастическую скамейку и расплакалась. Окружившие её акробаты утешали, как могли и допытывались, но она не призналась. Взяв себя в руки, продолжила тренировку. На отпущенную Ванькой очередную шутку и эксцентричный пируэт не отреагировала. Впервые. Ванька внимания не обратил и продолжал куролесить, пробив брешь и разогнав тучи непонятной тренерской печали.

После тренировки Галина сказала, чтобы Ванька остался и, когда все ушли в душевую омывать потные и пыльные тела после трудов праведных, поведала: "Я отцу предлагала тебя в клоунаду забрать, а ты подвёл. Не оправдал. Клоуну, чтобы улыбку у зрителя вызвать всё уметь надо на профессиональном уровне. И жонглировать, и вольтижировать, и фокусы твои, и много всякого разного. А у тебя почему-то всё наоборот". Иван призадумался: "Были бы кости, а мясо нарастёт", - ни к тому, ни к сему резюмировал он и направился в раздевалку.

Слов на ветер Ванька не бросал, и безотлагательно повысил свою прыгучесть с помощью Валерчика, Галины Михайловны, личной настырности и ежедневных тренировок. Прибывший через месяц сам Крихелли был приятно удивлён, сказал Галине: "Молодец!" - и тут же предложил Ивану перейти в труппу народного цирка. Ванька скромно поблагодарил и отказался, мотивируя преданностью делу, которому служишь. На выдвинутое им контрпредложение: "Вы нам с Валерчиком номер поставьте, и мы будем у вас выступать, а тренироваться у Галины Михайловны", - заслуженный папа согласился. Галина цвела. А фокусы… Что фокусы? Иллюзия!

                              В ОГЛАВЛЕНИЕ

Категория: Иудыч | Добавил: Мирецкий (14.01.2009)
Просмотров: 254 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Бесплатный конструктор сайтов - uCoz Copyright MyCorp © 2017